Archive for Ноябрь 11th, 2011

Нинель Красюк, «Хай»-«Бай» и Аллергия»

Пятница, Ноябрь 11th, 2011

Об авторе.

Нинель Красюк живёт в городе Минске, Республика Беларусь. Ей 64 года. По образованию Нинель — учительница английского языка. Работала в школе и в пединституте. Является волонтером
организации защиты животных «Ратавання». Участвовала в литературных конкурсах — «V Пушкинский»,»Добрая лира», фонда «Русский мир», С.В. Михалкова. Состоит в Союзе журналистов Беларуси, является членом литературного объединения «Доблесть».


“Хай” — “Бай ” и Аллергия

Маленькую собачку, с ладонь, подобрали вечером перед самыми холодами, по прогнозу. Сидел песик грустный и печальный под кустом, и это обстоятельство объясняет его странное имя – Буш, которое никоим образом не связано с американским президентом.

Повезло Бушику, ничего тут не скажешь. Попал он в добрые руки и друзей у него во дворе сразу стало много. Тут уже была своя компания, но песика приняли хорошо. Такой он был слабенький и неумеха, что и все старались опекать и помогать ему, кто как мог.

Летом все разъезжались по дачам. Двор пустел, и Буш оглядывался, грустно ему было без Китайской принцессы, Боя, Антона, Рады и Найды…

Он тоже иногда выезжал на дачу, но стройка затягивалась, приезжали взглянуть, как идут дела и тут же уезжали. Место само по себе было очень красивым, родина великого национального писателя. И было бы Бушику там совсем одиноко, если бы не визиты Даны. Она появлялась вдруг, ниоткуда, и так же неожиданно исчезала. Статная, бледно-рыжая сучечка с шалыми зелеными глазами. Глаза эти притягивали Бушика. В них была тайна. Иногда ему казалось, что один глаз и Даны был синим, а другой — зеленым. Иногда оба глаза голубели, как синь неба над головой, а порой оба были зелеными, как сосны и березы. Никак Буш не мог решить для себя эту загадку. Это сильно озадачивало и смущало его, не знал, он в какой глаз смотреть. От этого сильно смущался и краснел. Даня радовалась приезду столичного гостя. Хвост Дани при редких встречах выражал искреннюю радость. Пушистым веером он то взлетал вверх, то падал вниз, а иногда вертелся пропеллером. В эти минуты Буш думал о Клеопатре или Нефертити, которых освежали такими вот опахалами.

Но вот лето пролетело быстро , и стали потихоньку возвращаться в свои пенаты дворовые друзья Буша.

(далее…)

Андрей Андреев, «Третий — не лишний»

Пятница, Ноябрь 11th, 2011

Об авторе.

Андрей Андреев живёт в городе Серова, Свердловской области (Российская Федерация), Ему 10 лет. Любит читать. Стихи начал сочинять ещё в детском саду. Главный его читатель и корректор — мама.


Третий – не лишний

— Здравствуй, здравствуй, милый пес!
Я тебе поесть принёс.
Ты не мёрзнешь на дворе?
Ведь зима в календаре.
Взял бы я тебя домой,
Стал бы я дружить с тобой.
Дома грустно одному –
Понимаешь, почему?
Не с кем выйти погулять,
Не с кем просто поиграть,
Покормить, водички дать –
В общем, поухаживать.
С милой мамочкой вдвоем
Очень дружно мы живем.
Приходи к нам в гости, слышишь?
Ты не будешь третьим лишним!

Нета Боярская «Святое семейство»

Пятница, Ноябрь 11th, 2011

Об авторе.

Нета Боярская живёт в Торонто, Канада. По образованию — актриса. Вот что пишет нам Нета: «Мой рассказ — скромная лепта в помощь бездомным и отверженным…»


Cвятое семейство

…Он сидел, как только что вылупившийся птенец, бело-кремовый, на коврике под марокканской дверью, со скошенными на нос незабудковыми глазками и смотрел на нос. Я шла мимо и от умиления хватилась за сердце, и наклонилась к нему, и замурчала ему…. Он поднял косые «незабудки» и только. Через три часа я возвращалась и сиамец все еще сидел на коврике, и смотрел на нос. Но тупости в этом не было, a было что-то ангельское. На следующий день все повторилось. Я шла тем же путем, сиамец сидел под марокканской дверью и смотрел на нос. От умиления я опять хватилась за сердце, замялась и, плюнув на заповедь: «Не укради», украла! Сунула головой его в сумку, косоглазый не мякнул, а остался торчать вверх тормашками, что-то разглядывая на ее дне. Дома, меж тем, меня ждали муж, сын и суча Барби — дворняга с IQ Эйнштейна. Бросились встречать и тут, моя покража высунул лапку для «Здрасти»! Барби уставилась базедовыми глазами в драматическом оцепенении, муж и сын замуркали-закурлыкали…

Еще по дороге я решила: сей будет ИЗЯ. Наш Изя самых честных правил — это мы поняли уже через час. Сорви-голова сын, Эйнштейн-Барби, ангел Изя — такое получилось семейство. На похищение косой не обижался, решив, что так тому и быть, и вообще, полюбил всех и сразу, и в первую ночь уснул у меня на голове, обхватив в кольцо толстых лап. Этого не выдержала Барби и запрыгнула к нам с мужем на кровать. Примчался из детской сын и тоже запрыгнул к нам на кровать. Так, кучей-малой мы проспали до утра. И началась счастливая полоса жизни, да еще в стране, где, наконец, мы обрели свой угол. Сын, правда, куксился, что я всем предпочитаю Изю. Я вскидывала бровь: «Не гоняй со шпаной, не мотай школу, не лазай по трубе, не прыгай с крыши и я клянусь любить тебя, как Изю!»

(далее…)

Юлия Якушева, «Дневники Мартина»

Пятница, Ноябрь 11th, 2011

Об авторе.

Юлия Якушева живёт в городе Смоленске (Российская Федерация). Ей 17 лет. «По окончании школы собираюсь поступать на дизайн и журналистику. — пишет Юлия. — Владею языком изобразительного искусства (окончила художественную школу в 2011 г.). Победитель городского конкурса «Дорогами войны» (Гран-при). Дома у меня маленький зоопарк (кот, хомяк и попугай). Не могу оставаться равнодушной к бездомным животным (подкармливаю бездомных собак, живущих во дворе)».


Дневники Мартина

Я проснулся со странным чувством. Я чувствовал присутствие мамы, ощущал ее дыхание на себе, чувствовал ее мягкую шерсть, все было вроде бы так же, как в предыдущие дни. Но я видел! Сегодня у меня впервые открылись глаза! Я увидел свою маму, она была такая грациозная, красивая, гордая! Она заботилась обо мне, кормила меня, мыла, игралась со мной… Она так любила меня! Защищала…
Но вместе с тем я увидел каких-то странных двулапых существ. Они разговаривали на каком-то непонятном языке. Мама объяснила мне, что это «люди». И их не следует бояться.

Вскоре я и сам убедился в этом. Маленькая девочка любила меня так же сильно, как моя мама. Тоже заботилась обо мне, приносила мне новые игрушки. Словом, она была для меня другом.
Но хозяин меня не очень-то любил. Он постоянно прогонял меня, иногда забывал покормить. Его жена вела себя также. Они любили лишь мою маму и моих братьев и сестренок. Я не понимал, что со мной не так.

Прошло 2 месяца. Моих братьев и сестер забрали какие-то богатые люди (надеюсь с ними все хорошо). Но никто, кто приходил за щенками, не брал меня. Люди говорили что-то вроде: «Что это за шавка?» Мои хозяева отвечали им, что они и сами не знают, откуда взялась эта беспородная невзрачная собачонка. И вот сегодня решалась моя судьба. Хозяева мои ходили какие-то нервные, искоса поглядывая на меня, и о чем-то перешептывались. Мамы со мной не было, и я очень переживал. Мне стало страшно. Но вот пришел мой хозяин. Посмотрел на меня как-то жалостливо, но ничего не сказал. Взял меня на руки и пошел куда-то.

Мы шли по улице, он завел меня в какое-то странное место, там не было ни людей, ни животных, только тьма, холод, ужасный запах. Сбросил меня с рук и крикнул: «Иди! Нам не нужен такой безобразный пес! Да кому ты нужна, беспородная шавка? Тебя даже продать невозможно. Зачем ты нам тогда?». И ушел. Я плелся за ним. Но он иногда оборачивался, смотрел зло на меня и кричал: «Не плетись за мной! Ты мне не нужен. Теперь ты бездомный!». Тогда я еще не понимал, что значит «бездомный». И вообще не понимал, зачем меня хозяин завел на эту свалку. Поэтому я шел и шел за ним. Но вдруг он резко обернулся, крикнул: «Пошел вон!» — и ударил меня ногой. Я заскулил. Мне было так больно и обидно. Я доверял ему… А он посмотрел только на меня, ухмыльнулся и пошел дальше.
Так я и оказался на улице.

Был очень холодный месяц. Я весь озяб, и пошел назад туда, где меня бросил хозяин. Я нашел какую-то коробку, забрался в нее и уснул. Мне очень хотелось есть, у меня болел живот от удара хозяина. Но мне ничего не оставалось, как лечь спать. Я не знал, что мне делать дальше.

(далее…)

Наталья Смольникова, «Запах крови»

Пятница, Ноябрь 11th, 2011

Об авторе.

Наталья Смольникова живёт в городе Екатеринбурге (Российская Федерация). «В 13 лет у меня появился пёс Дунай, породы — восточно-европейская овчарка! — пишет Наталья. — Мы с ним ходили на дрессировочную площадку, участвовали в соревнованиях и показательных выступлениях, работали в оперативном комсомольском отряде клуба служебного собаководства. В то время я начала писать стихи, точнее, даже не писать, а записывать, они рождались сами. Это была моя юность. Сейчас у меня есть Эрил и Данита, и я снова пишу».


Запах крови

Она сидела на асфальте, маленькая и несчастная. Мимо нее проносились автомобили, проходили человеческие ноги. Она не скулила, не плакала, только с немой надеждой смотрела на прохожих. Вероятно поэтому, ОН остановился, услышав беззвучный зов, подхватил щенка на руки, ласково заговорил. Она не понимала слов, но с первого взгляда, с первого прикосновения почувствовала — это тот, кого она ждала, для кого появилась на свет, и кого она будет любить до конца своих дней. ЕГО руки вкусно пахли кровью, запах был совсем слабый, но она уже пробовала сырое мясо, а ее чуткий маленький носик хорошо знал свое дело.

— Джина! — произнес ОН, и она поняла, что это ее имя. Она не знала, что должна сделать, но бесчисленные поколения немецких овчарок, верно служивших людям, научились чувствовать их желания, подчиняться человеку, не представляя себе ничего иного.

Щенок не была чистокровным. Его мать, бабка, прабабка и другие предки женского пола являлись дворнягами, но при этом многие из них имели щенков от породистых кобелей. Именно от них Джина унаследовала как внешность, так и характер.

Вячеслав Петрович ничего об этом не знал, он даже собаку заводить не собирался. Но в тот день ему пришлось заниматься очень неприятным делом, нехорошие мысли вертелись в голове, и тут на глаза попался маленький брошенный щенок. В другое время он не обратил бы на него внимание, но после смерти сестры что-то неуловимо изменилось, поэтому он посадил Джину за пазуху, заглянул в продуктовый магазин и бодро зашагал домой. Собачонка помогла ему выбросить из головы ненужные сомнения, настроение улучшилось, и жизнь показалась ему не столь уж мрачной.

Хозяин принес ее к себе домой. Там пахло им самим, доброй женщиной, автомобильными покрышками, слежавшейся пылью и еще чем-то незнакомым. Джина охотно улеглась на тряпке, которую ей предложили в качестве подстилки, вот только кушать из миски она еще не умела. Вячеслав Петрович быстро сообразил, что нужно делать. Он сунул палец в молоко и поднес его к щенячьему носу. Собачонка лизнула раз, другой, потянулась за рукой хозяина, а потом стала неумело лакать. В голосе человека она услышала одобрение, это придало ей уверенности, она даже попробовала лежащий в молоке кусок хлеба, но справиться с ним не смогла, так и уснула, утомленная событиями главного дня в своей жизни.

(далее…)

Василий Миронов, «Майка», «Кошка»

Пятница, Ноябрь 11th, 2011

Об авторе.

Василий Миронов живёт в городе Бобруйске, Могилёвской области, республика Беларусь. Ему 53 года. Василий работает художником-оформителем. «Я пишу весьма разносторонние стихи, прозу, публицистику, — рассказывает о себе Василий, — полтора года состою в редакции малотиражной газеты «Родительское крыло», где веду рубрику по педагогике, психологии, воспитательной работе, в которой регулярно печатаю статьи на нравственно-важные темы».
Василий — Председатель регионального отделения Белорусского Литературного Союза «Полоцкая ветвь», а также возглавляет Бобруйское творческое профессиональное объединение литераторов и любительский литературный клуб «Солнечные нивы». Вышел из печати авторский поэтический сборник.


Майка

Она не принадлежала мне. Мы были просто знакомы, как соседи по дачному участку. Я бы не сказал, что мы с ней уж очень дружили, но когда по выходным встречались взглядами, она склоняла голову чуть в сторону, смотрела мне прямо в глаза и улыбалась. Потом степенно подходила и протягивала для приветствия, нет, не руку… — лапу, которую пожать было для меня , порой, большей честью, чем руку её хозяина. Это Майка. Поджарая, рыже-кирпичного цвета, абсолютно беспородная собака средних размеров. Добрейшее существо из всех моих собачьих знакомых. Собака не может улыбаться, скажете вы? Ну, да, не может. А вот, Майка может, причём так искренно, что сразу начинаешь улыбаться в ответ. Вот такая собачья индивидуальность!

Её знали и любили все дачники в округе, и близкие соседи и дальние, потому что Майка была из собак, заслуживших доверие жить без привязи. Она охотно этим пользовалась и частенько отлучалась, чтобы поиграть с приехавшими на выходной детьми или подкормиться у сердобольного старика где-нибудь на окраине. Но, вот, ночью она прекрасно понимала, где её место и в чём состоит прямая обязанность. Службу по охране хозяйских владений в ночное время несла предельно чётко и добросовестно. Если кто-то останавливался возле калитки – гав! Если прикасался к калитке – гав! Гав! Не хуже, чем фотоэлементы в метро.

Однажды Майка забежала днём на мой участок, (у нас с соседом нет забора на меже), и я предложил ей кусочек сосиски, которая была мгновенно проглочена.
– Да, ты есть хочешь?

Я вынес миску с едой. Весь процесс собачьей трапезы со своего участка наблюдал её хозяин. Он подошёл, хмуро поздоровался. Красные и опухшие глаза выдавали причину его тяжёлого самочувствия после вчерашних излияний. Он наклонился к своей собаке:
— И что это ты тут меня позоришь? Кто твой хозяин?

Он, вдруг, обхватил огромной пятернёй пасть собаки и крепко сжал. Та испуганно смотрела на него, пытаясь сообразить – в чём же она успела провиниться, но не сделала ни малейшей попытки высвободиться. Тогда сосед ещё крепче сжал пасть и, торжествуя, произнёс, выдыхая в нос собаки тяжёлым перегаром:
— Я твой хозяин! Я!

На глазах собаки появились слёзы, но она по-прежнему покорно терпела страшную боль. Я не выдержал экзекуции и с силой дёрнул соседа за рукав. Тогда он, покрывшись испариной от полученного удовольствия и распиравшей гордости, выплюнул:
— Вот как надо собак воспитывать! А, ну, марш домой!

Собака, покорно склонив голову, пошла за ним вслед.

(далее…)

Любовь Шубная, «Собачье детство»

Пятница, Ноябрь 11th, 2011

Об авторе.

Любовь Шубная живёт в селе Александровское, Ставропольского края (Российская Федерация). Ей 56 лет. Любовь работает редактором отдела в редакции газеты «Александровская жизнь». Есть авторские странички на ресурсах «Стихи.ру», «Я сам», «ЛитСовет».


Собачье детство

Простая причина
    у маленькой драмы –
Щенка разлучили
    с лохматою мамой.
Щенку постелили
    циновку в прихожей,
На будку собачью
    совсем не похожей:
там стены чужие
    и странные звуки,
и каждая ниточка
    пахнет разлукой.
Щенок на циновке
    тихонечко плачет –
Быстро проходит
    детство собачье.

Марина Клепикова, «У неё просто не было собаки»

Пятница, Ноябрь 11th, 2011

Об авторе.

Марина Клепикова живёт в городе Копейске, Челябинской области (Российская Федерация). Ей 31 год. Марина окончила Челябинскую академию культуры и искусств. Работает по профессии. Замужем. Есть дочь Яна, она учится во втором классе. Любит делать стенгазеты про животных.


У нее просто не было собаки

Когда человек заводит собаку,
он даже не предполагает, кем она для него станет.


После смерти собаки хозяева ведут себя по-разному:
Одни заводят нового пса,
другие остаются преданными своему любимцу.
Я жалею, что не успела сказать «Спасибо!».


Привет, Шарик! Вот решила написать тебе письмо. В первых строках хочу сказать, мы очень по тебе скучаем. Тебя с нами нет давно, но в нашем сердце ты остался навсегда. Я, мама и папа — часто тебя вспоминаем. Ты ведь у нас был настоящий красавчик. Шерсть черная как смоль, на лбу белая проточина и на всех лапах белые носочки. А на шее ты «носил» белый галстук. Ну, настоящий Джентльмен!
Удивительно устроен мир. Ведь появился ты в нашей жизни благодаря человеку, о котором в поселке мало хорошего говорили. Её звали Алена Алексеевна. Она была классным руководителем брата. Денис про неё каждый день рассказывал ужасные истории. То она назвала его тупицей, то болваном. А иногда Алена Алексеевна кричала так, что закашливалась. Мама выслушивала рассказы брата, вздыхала и говорила: «Надеюсь, Марине повезет и у нее будет другой учитель русского языка и литературы».

Была весна, та чудесная весна, когда уже маленькая травка ковром покрыла землю. Я училась в третьем классе. Прозвенел звонок с урока, я и мои одноклассники горохом высыпались из класса, скатились вниз по лестнице со второго этажа — толкаясь, шутя, смеясь. В гардеробе расталкивая друг друга локтями, разобрали верхнюю одежду. Я запихнула шапку в портфель и вышла из школы. И тут увидела ее – Алену Алексеевну. Она стояла на последней ступеньке и останавливала каждого ученика, и что-то им говорила. Выслушав ее, они спускались дальше. Было видно, что она недовольна. Мне стало страшно. Настал мой час. Мало ей брата — сейчас и мне перепадет. Стаю как столб, шагу боюсь ступить. Уже все ушли, я одна осталась на крыльце.
— Марина возьми щенка,- обратилась она ко мне.

И тут вижу, сидишь ты возле ног Алены Алексеевны. Ой, какой Шарик ты был маленький и толстый, зато глазища огромные карие.
— Мне мама не разрешит, — стала я отказываться, а ты смотришь на меня так жалобно — жалобно.
— Ну, возьми щенка, ведь он совсем кроха. Как он теперь один? Кто его накормит?
— Возьмите себе, а мне нельзя.
— Да у меня две кошки и собака. Мне их не прокормить.

(далее…)