Варламов Евгений «Рыжик»

Впервые Рыжика Андрей увидел в июне.

Солнце еще нехотя карабкалось в зенит, но роса на траве уже высохла. Начиналась жуткая жара. Подходя к солдатской столовой, Андрей  машинально поправил сбившуюся нарукавную повязку дежурного по части, вытер носовым платком потное лицо и, скосив глаза, в очередной раз полюбовался на свои погоны, которые, наконец-то, обзавелись третьей звездочкой. Звание старшего лейтенанта ему присвоили всего два дня назад, и поэтому Андрей немного смущался. Но и гордился тоже.

Он не торопясь шагал  по тротуару, когда увидел, как из служебного входа в столовую к нему мчится маленький пылевой смерчик. Приглядевшись, старший лейтенант увидел рыжую дворняжку, волочащую за собой огромный кусок сырой свиной шкуры. Добыча была тяжела и неудобна, но собачка с воодушевлением и завидным упорством неслась по дорожке, взметая шкурой клубы пыли.

Из столовой выскочила повариха Валентина Петровна, полная женщина лет сорока, и, потрясая огромным кулаком, заорала:
— Убью, ворюга! Стой, кому сказала!

Собачка, не слушая грозного оклика, поравнялась с Андреем, который, пытаясь остановить нарушителя, наступил ногой на шкуру, но, поскользнувшись на ней, со всего маху грохнулся спиной на газон. Собачка же, крутнувшись, вновь подхватила оброненную добычу, и, молчком, понеслась за ближнее здание.

Приподнявшись на локтях, старший лейтенант, глядя вслед рыжему воришке, успел заметить, что тот как-то внезапно пропал из виду.
— Нора у него там, что-ли? — пробормотал он про себя.

— Товарищ  лейтенант, не ушиблись? Я этому рыжему точно хвост отрублю! Вот ведь повадился воровать! Я добрая-добрая, а воровать не позволю! Ишь, взял моду! Все тащит. И ведь какой ловкий!  Нипочем не поймаешь!

В голове у Андрея гудело, на затылке вырастала шишка, а говорливая Валентина Петровна стоя рядом с ним,  продолжала на всю округу звонко выплескивать свое раздражение:
— И что же это делается-то? Чуть отвернешься, а он уже тут, как тут! Так и норовит что-нибудь слямзить! Позавчера кусок мяса спер. А я ведь его кормлю, полная миска у него завсегда. Не -ет, ему стибрить надо, а то невкусно! Ворюга, право слово!

Кое-как поднявшись, подобрав фуражку, и отряхнувшись, Андрей с досадой перебил повариху:

— Валентина Петровна, это что же, у вас собака продукты ворует? Как же вы так? Почему плохо следите? Где дежурный по столовой?
— Да ну, товарищ  лейтенант, какие -такие продукты! Это отбросы. Но ворует же! Вот, шкуру унес. Она, конечно, нам не нужна, все равно выкинули бы, но ведь он и нужное что-нибудь спереть может! Нельзя же поваживать! Я уж и начпроду говорила, и начстоловой, только все бестолку. Одна я с ним воюю! Больше никому не надо, что -ли?
— Ладно, я понял, — сказал Андрей, потирая затылок. — Я разберусь. Кстати, я уже старший лейтенант.
— Ой, поздравляю, извините! Разберитесь, товарищ старший лейтенант, разберитесь. Может его пристрелить? Больно уж вредный пес. А у вас и пистолет есть.
— Идите, Валентина Петровна, готовьте пищу личному составу, — с досадой сказал Андрей, поправляя тяжелую кобуру. — Сказал же, — разберусь.

Он снова приложил ладонь к ноющему затылку, и решил сходить в санчасть. Пусть посмотрят шишку, может помажут чем-нибудь. А вдруг у него сотрясение мозга?
    Но сначала Андрей решил посмотреть, куда делась собачка. Больно уж внезапно она пропала из виду.
Он пошел вдоль столовой, и вдруг увидел злополучную шкуру, зацепившуюся пыльным краем за торчащий из земли короткий кусок стальной арматуры. А неподалеку темнело жерло колодца заброшенной канализации, с которого какие-то уроды давным-давно сперли крышку вместе с чугунным основанием. Прислушавшись, Андрей уловил тихое поскуливание, а заглянув в темный колодец, увидел на его дне неясное шевеление.
— Эй, псинка, ты там? Я сейчас.

Колодец был сухим и глубоким. Крепкие стальные скобы шелушились пластами ржавчины, бетонные стены покрывала засохшая плесень.
— Ох и изгваздаюсь я с тобой, — проворчал Андрей спускаясь на песчаное дно колодца.- Ну, что сидишь? Пойдем.

В сумрачном дневном свете, доходящем до дна колодца, Андрей увидел , что дворняжка сидит на песке подняв левую переднюю лапку. Осторожно взяв в руки легкое, худое тельце, и тронув повисшую конечность, он понял, что без перелома не обошлось. Собачка пискнула, и, повернув голову к Андрею, посмотрела на него печальным и серьезным взглядом .
— Как же ты так неосторожно? Шкура зацепилась, а ты, по инерции, в колодец улетела? Ну ничего, ничего! Не боИсь!Что-нибудь придумаем! Надо только вылезти.

Вылезать, держа одной рукой собаку, а второй цепляясь за скобы,было неимоверно трудно. Подтягиваясь свободной правой рукой и хватаясь кончиками пальцев левой, Андрей осторожно, стараясь не потревожить сломанную лапку собаки, поднимался наверх. Наконец, сделав последнее усилие, он поставил дворняжку на землю, и,  облегченно выдохнув, вылез сам. Подхватив под живот собачонку, он повернулся, и оцепенел. Перед ним, грозно хмуря брови и заложив руки за спину, стоял командир части, полковник Беденко.

Невысокий, но широкоплечий полковник пользовался заслуженным авторитетом за справедливость и чувство юмора, без которого, как известно, в армии служить тяжело. Толстые губы и нос картошкой выдавали в нем жизнелюба, но порядок в части Беденко держал крепко.
— Эт-то что такое?- спросил командир у Андрея. — Вы что, товарищ старший лейтенант, в сантехники переквалифицировались? Или вы дежурку в подземелье перенесли?
— Никак нет, товарищ полковник! Это вот собачка туда упала.

Тут Андрей некстати вспомнил, что он дежурный по части, и обязан доложить командиру о несении службы. Не отпуская дворняжку, он поднес правую руку к виску, и немного нервно, понимая, что действует неправильно, пробормотал:
— Товарищ полковник, за время несения службы в части происшествий не случилось!
— Я вижу, что у вас порядок,- весело сверкнув глазами, сказал полковник.- А собака у вас, как видно, служебная?
— Да нет, просто собака. Упала в люк и ногу сломала. Ну не бросать же? Пропадет!
— Ну, что ж, понятно. Давайте-ка, товарищ дежурный, отнесите собаку в санчасть, пусть ее там подлатают, а потом приведите себя в порядок и продолжайте вашу службу. Желательно без происшествий.
— Есть без происшествий, товарищ полковник!

Врач в санчасти пощупал холодными пальцами шишку на голове Андрея, и сказал:
— Ерунда! До свадьбы заживет само.
— Да я уже женат!
— Все равно заживет. А собаку ты зря сюда припер. Здесь тебе не ветлечебница.
— Так командир приказал!
— Врешь! Не мог он такого приказать!
— Ей-богу! Так и сказал: — отнеси, мол, в санчасть, пусть ее подлатают.
— Ну, если командир.., — вздохнув, сказал врач, — тогда давай посмотрим. Черт, чем только ни приходится заниматься!

Накормленный и напоенный Рыжик, как решил назвать пса Андрей, уютно устроился на топчане в дежурке, удобно уложив загипсованную лапку. Глаза его внимательно следили за передвижениями Андрея, и временами, встречаясь с ним взглядом, Рыжик приветливо колыхал пушистым хвостом, свернутым в кольцо.

Лена, жена Андрея, с ужасом уставилась на рыжую, с загипсованной лапой собаку, стоящую в прихожей. Муж, пыхтя, расшнуровывал ботинки, стараясь не встречаться взглядом с Леной. Он, конечно же, ожидал скандала, но твердо решил настоять на своем.
— Андрюша, это что за чудо-юдо? Ты что, с ума сошел?
— Спокойно, Ленусь, все нормально, все под контролем! — смущенно сказал Андрей.
— Нет, ты соображаешь что делаешь? Притащил домой какую-то грязную собаку с помойки. У нее, наверное, глисты или блохи. Или и то и другое сразу.
— Да ладно тебе, Лен. Нормальная собака. Справимся и с глистами и с блохами. Ничего страшного. Я все это умею. У нас знаешь, сколько собак было? Про меня даже соседи болтали, что я, мол, как Маугли в собачьей стае живу. И ничего. Я и не болел ничем таким ни разу. Это все брехня, что собаки грязные, да вонючие. Смотря как ухаживать будешь.
— Не знаю как ты, а я никак ухаживать за ней не буду. И по одной простой причине: ты сейчас же отнесешь собаку туда, где взял.

Рыжик  несмело проковылял к стенке, сел, чтобы не мешать людям выяснять отношения, и внимательно вглядывался в их лица, словно пытаясь определить, кто победит в этом споре.

— Ну, нет, Ленусь, так нельзя. У собаки лапка сломана, ей нездоровится. Как можно? Я ее сейчас вымою, она и чистенькая будет. А завтра в городе в ветаптеку зайду, и все, что надо, куплю.
— Да куда такая страшная нужна? Кожа, да кости. Если захотел собаку, купи породистую, а не эту лахудру клочкастую.
— Ленусь, да при чем тут внешность? Любят ведь не за внешность. Вот ты меня за что любишь? За красоту? Ага, вижу, что нет. Вот и с собаками так же. А она жутко умная, мне про нее уже рассказали.
— Ну, делай, как знаешь. Только смотри.. .
— Вот и хорошо! То есть, все нормально будет!

Поначалу Андрею пришлось нелегко. Пока не срослись кости, он свозил Рыжика к ветеринару на осмотр, и регулярно, на руках выносил пса на прогулки. Жена поначалу злилась, и даже немного ревновала, но, поразмыслив, решила, что нет худа без добра. Андрей, чувствуя бОльшую ответственность, стал внимательным и дисциплинированным. Без слов вставал намного раньше, чтобы погулять с собакой, помогал Лене по дому, и успевал еще и по службе. Командир его хвалил и ставил в пример.

Наконец Рыжику сняли гипс, и Лена так смеялась над его приобретенной привычкой скакать на трех лапах, что пес нешуточно обиделся, и  до прихода Андрея со службы сидел под вешалкой в прихожей.

Между делом Андрей научил Рыжика стоять на задних лапах, и отдавать честь, коротко взмахивая правой лапкой. Это умение здорово помогало Рыжику в его нелегкой жизни. Стоило только показать очередным гостям (которые не переводились в квартире Андрея), «отдание чести», как на артиста сыпались награды в виде кусочков курицы, косточек и конфет.  Андрей злился, прогонял Рыжика от стола, но тот ловко ускользнув от хозяина, оббегал стол, и, пристроившись у ног очередного гостя, вставал в стойку и лихо отдавал честь. Прием действовал безукоризненно.

Заработанные честным трудом продукты подействовали на Рыжика положительно: он поправился, стал ходить, а не бегать, и от грубой пищи воротил нос. Пришлось Андрею заниматься с ним дополнительно: бегать, прыгать и заставлять приносить брошенные в траву игрушки. Кстати, Рыжик особенно полюбил мягкого тряпичного цыпленка ослепительно желтого цвета. Он часто играл с ним, а ложась спать, неизменно укладывал игрушку себе под бочок. Однажды он вышел с цыпленком гулять, и случайно обронил его, а где — забыл. Ах, сколько скулежа пришлось выслушать Андрею и Лене, пока они, призвав на помощь половину населения дома, не нашли несчастную птицу в траве у забора.

Вообще Рыжик оказался компанейским парнем, смышленым, чистоплотным, и искренне любящим своих хозяев. Что совсем не предполагало взаимности со стороны Лены. Чувствовалось, что она терпит Рыжика только из-за Андрея, а не будь его, бедная собачка была бы быстро вышвырнута за дверь. Но мужу Лена этого не показывала, стараясь всеми силами сохранить мир в семье. И все же по тому, как она обращалась с псом, как тщательно, с брезгливым выражением лица мыла руки после контакта с Рыжиком, было видно истинное ее отношение к собаке.

Через год произошло два события. Лена забеременела, а Андрея перевели на более высокую должность в другую часть. Вроде бы обе новости хорошие, но вторая смутила молодого офицера больше, чем первая. Рождение ребенка — событие ожидаемое, планируемое, и радостное. А перевод в другую воинскую часть, расположенную за тысячу километров от старой, даже и на высшую должность — событие хоть и ожидаемое, и планируемое, но насквозь тревожное и волнующее. Что там будет, как будет? Какой коллектив, какой командир? Какое жилье дадут, и дадут ли вообще? Как быть с Рыжиком? Лена наотрез отказалась брать пса с собой, мотивируя это тем, что она ждет ребенка, а собака и ребенок в ее мозгу не совмещаются. Да и едут они неизвестно куда. Еще и с собакой припрутся. Нет, нет, и нет!

Андрей подумал-подумал, и согласился. С тяжелым сердцем, но согласился. Чего не сделаешь ради любимой женщины, да еще, если ждешь от нее ребенка.

Когда за ними приехало такси, пес сидел на руках старшины Сергеева, которому было поручено холить и лелеять собаку. Сжимаемый здоровенными лапищами прапорщика, Рыжик молча смотрел на усаживающегося в машину хозяина, и по его умной мордашке текли крупные слезы. Андрей и сам не смог сдержать слез, прощаясь со своим любимцем, но ничего поделать не мог.

На новом месте все получилось более чем благополучно. Имея в виду беременность Лены, молодой семье сразу выделили большую двухкомнатную квартиру, в которой вещи, привезенные с собой, выглядели бедными родственниками. Пришлось срочно обустраивать новое жилище, а когда ремонт и обстановка квартиры закончились, Лена родила прелестную девочку.

Начались будни. Служба, забота о жене и дочери занимали слишком большое место в жизни Андрея, чтобы думать о чем-то еще, но память о милом ему существе не проходила. Всякий раз при взгляде на пробегавшую мимо собаку, он немедленно вспоминал Рыжика. И чем дальше, тем больше. Наконец, он решился поговорить об этой проблеме с женой.
— Ленусь, как ты смотришь на то, чтобы я забрал к нам Рыжика?
— Какого Рыжика? Ты что ,и здесь завел собаку?
— Нет, нашего Рыжика. Я все думаю о нем, вспоминаю. Где он сейчас, как он?
— Андрей, ты с ума сошел? Вспомнил! Вот еще не хватало! Да и зачем он тебе? Я уже тебе говорила: — возьми породистого щенка, я не буду против. А это чудо в перьях? Да кому он нужен?
— Мне нужен. Мне! Я его очень люблю! И по нему скучаю. Неужели ты такая черствая, что не понимаешь?
— Да не черствая я, только в толк не возьму, что в нем хорошего? Обыкновенная дворняжка! Ну, стоит на задних лапах, и все? Глупости!
— Ну, ты как хочешь, а я его сюда заберу.
— Это как? Сбегаешь за тысячу километров?
— Придумаю, как.
— Ну-ну! Смотри не надорвись, думаючи. Сходи лучше мусор вынеси.

Правдами и неправдами Андрей, в конце-концов, выбил себе командировку в прежнюю часть. Получил в штабе документы и отправился. Всю дорогу его мысли крутились вокруг Рыжика. Желание увидеть песика было так велико, что он даже дрожал от нетерпения.

В прежней воинской части Андрей первым делом попытался разыскать прапорщика Сергеева, но оказалось, что тот тоже перевелся в другое место. Андрей просто охнул от обиды, но расспрашивая знакомых, узнал, что собаку они с собой не взяли.
— А где же она?
— Да где-то здесь по территории шляется.

Воспрянув духом, Андрей стал методично обходить воинскую часть. Дело шло медленно, так как на каждом шагу встречались старые знакомые, которые живо интересовались жизнью Андрея и Лены, и было неудобно резко прекращать разговоры.

Наконец. поравнявшись со столовой, Андрей услышал до боли знакомое:
— Убью, ворюга! Стой, кому сказала! Ну, попадешься ты мне!

Из за угла на него выскочил маленький рыжий комочек, держащий в зубах куриный окорочок. Увидев хозяина, Рыжик резко затормозил, выпустил изо рта добычу, и, издав поистине человеческий вопль, в мгновение ока оказался на руках Андрея, яростно вылизывая его лицо мокрым языком.

— Ах ты мой маленький воришка! Опять ты здесь! — сквозь слезы радости бормотал Андрей, прижимая к себе худенькое мохнатое тельце. — Теперь я тебя никому не отдам! Теперь ты насовсем мой! Рыжик, Рыжичек мой!

Comments are closed.