Archive for Декабрь 18th, 2015

Дорофева-Миро Татьяна, стихи и рассказы, разные номинации

Пятница, Декабрь 18th, 2015

«Мишка и Тишка»

Лето  нынче жаркое. Впрочем, сказать «жаркое»- значит, ничего не сказать. Это  лето — настоящее пекло: казалось, в аду должно быть  легче и прохладнее. Порой,  воздух нагревался  до 40 градусов в тени,  местами — и того больше. Листая   каналы  телевизора в бесполезных поисках утешающего прогноза погоды, люди   слышали, как  молодой человек из Экваториальной Африки  говорил, что у них, обычно,  воздух прогревается всего лишь до 34, и это — постоянная температура, что в России намного жарче, и он очень хочет  уехать домой. А россияне, закаленные трескучими  морозами, пытались стойко перенести все беды от жары и засухи.
Засуха…Она была настолько  сильной, что оставила глубокие раны на теле Земли в виде трещин почвы на всей территории  Центрального региона. Метеорологи время от времени обещали местами  кратковременные грозы, которые,   по  непонятным причинам,  не могли добраться до данной местности. Хотя Европу заливало:  в новостях ежедневно сообщалось о случившихся  наводнениях, сметавших все  на своем пути, превращавших  населенные пункты в руины. А тут…
А тут  все наоборот. Солнце, жара, дымовая завеса от бесконечных пожаров, едкая  гарь… И никуда от этого людям было  не спрятаться, не скрыться  даже  в  кирпично- бетонном своем ковчеге, ведь если открыть окно, врывался  дым, если  закрыть- можно  было задохнуться от духоты, пот  лил градом, как в настоящей русской бане. А на улице, ко всему  перечисленному,  усиливало страдания человеческие   ярчайшее солнце, не жалеющее своего тепла…
Несчастные представители фауны и те в дневные часы прятались по углам и подвалам.
Мир задыхался от дыма и жары…
(далее…)

Низовцов Михаил, «Джерри», номинация «Рассказы о животных»

Пятница, Декабрь 18th, 2015

Об умершем либо хорошо, либо ничего.
Джерри умер четырнадцати лет от роду: выбрал все, что отпущено свыше. По собачьим меркам – старожил. Подошла очередь, пришла к собаке собачья смерть, но была она непоправимой потерей…
О том, что Джерри умер, признался мне третий собачий вор.

Он честно посмотрел мне в глаза и произнес: «Прости!»
— За что?
— Я спер у тебя такса! Он для тебя был только игрушкой, а у меня он прожил настоящую собачью жизнь.
Наступил момент истины: собака прожила настоящую собачью жизнь.
Не люблю людей, которые жалуются, что у них собачья жизнь.
Кто тебе мешал жить человеком? Ты кого-то укусил? Сам пожелал!
Человек поднял на меня глаза: они были полны раскаяния. Ему ничего не надо было мне говорить. Но человек произнес: «Да!»  Это «да!» он произнес как «гав!»
Человек спешил говорить дальше. Ему необходимо было выговориться.
— Я сделал тебе больно!
— Ну, не укусил же! – возразил я.
— Почти укусил!
Я почесал у себя за правым ухом. За ухом он меня, точно, не кусал.
На моих губах появилась улыбка:
— Укусить пытался?
— Я украл у тебя Джерри! Прости!
— Я это слышал! А о том, что украл такса именно ты, я узнал через два года после его похищения.
— И ты молчал?!
— Не хотел травмировать Джерри! Я с ним виделся, однажды. Потом, ты не первый собачий вор, ты – третий, кто похищал Джерри. – я улыбнулся еще раз. – А Джерри повезло. С тобой повезло, на настоящую собачью жизнь. Со мной он жил бы по-людски, ты прав – игрушкой. Собакам такая жизнь ни к чему. Человек должен проживать человеческую жизнь, а собака — собачью. Ты его не обидел!
— Старался! – человеку говорить было трудно. Он чувствовал свою вину. Я был хозяином положения, а он – собачим вором. И ему не хотелось быть вором. Ни первым, ни вторым, ни третьим.
Вором его сделала любовь к собаке.
За кражу моего такса я его простил два года тому назад. Это он сегодня повинился передо мной: «Джерри умер!» – сказал, как о человеке.
Я же ему простил потому, что он сделал Джерри счастливым – в понимании собачьей жизни: он не держал Джерри в заточении.
Человек был охотником. И Джерри был охотником. Они оба ходили вместе на охоту. Мне скорбно представлять себе такса, который за свою собачью жизнь ни разу не заползал в лисью нору.
(далее…)

Лина Богданова, «Искупление», номинация «Милосердие»

Пятница, Декабрь 18th, 2015

Март – не самое лучшее время для визитов в деревню. Набухший вешними водами снег проваливается на каждом шагу. Ноги вязнут глубоко, едва ли не по самое колено. В ботинки просачивается влага. Пока добредешь от остановки, уже не остается ни сил, ни настроения на оживленный диалог.
Тут бы элементарно обсохнуть, согреться и уснуть. До обеда. А там уж…
Можно, конечно, было рискнуть и приехать на стареньком фордике. Но не факт, что достигнешь цели. Все тот же снег скрывает каверзы проселочных дорог. Того и гляди, угодишь в ров. Или разбитую по осени колею. И завязнешь  окончательно.
Придется ждать у моря погоды – попутки в эту пору редки. А водители – мрачны и безразличны к чужим бедам. Разве что шуровать пешим ходом опять в ту же деревню, срывать с насиженного места у телевизора дядьку Антона. Выманивать из стойла старенькую Рябушку. Тащиться в обратный путь. Себе дороже – и вымокнешь  дважды,  если не трижды – тянуть из вязкого снежного плена машину работа, мягко говоря, неблагодарная. Да и времени уйму потратишь.
Лешка сопротивлялся до последнего. Но мама стояла на своем: поросенка собирались колоть на эти выходные. Не ждать же, когда мясо протухнет. И потом, за субботу воскресенье очень многое надо успеть. Пока холодец сваришь, пока колбасы накрутишь, пора на работу собираться.
— Да и бабушку давно не проведывали. Поехали уж. Будь другом.
С мамой особо не поспоришь. Надо, значит, надо.
К тому же следовало искупить вину за прошлое воскресенье. Лешка тогда укатил с друзьями на рыбалку без маминого разрешения. Не хотел беспокоить, а вышло  наоборот. Мама подняла на ноги соседей. Обежали всю округу. Только к вечеру догадались позвонить Вадькиной матери, которая оказалась (Вадька догадался-таки отпроситься, как положено) в курсе приятельских планов. Лешка даже не пытался – мама знать не желала никаких самостоятельных вылазок за город.
Потом пришлось  долго объясняться. Каяться. И страдать – отец настоял на домашнем режиме. А мама почти неделю не разговаривала со своевольным сыном. Только в пятницу начала. И сразу с места в карьер – едем в деревню.
Деваться некуда. Лешка отменил все свои субботне-воскресные мероприятия, сгонял на автовокзал, купил пару билетов туда. Пару обратно. Помог маме закупить гостинцы для родственников. Нашел в кладовой старые ботинки. И почувствовал себя почти героем. Иногда полезно признавать свою вину. И каяться. А лучше искупать чем-то полезным и приятным. Особенно когда это тебе почти ничего не стоит.
(далее…)

Шарохина Екатерина, «Туман», номинация «Рассказы о животных»

Пятница, Декабрь 18th, 2015

Деревня, где прошло мое  детство, лежала пестрым платком между двух озер.  Казалось, всю прелесть российской природы собрала вокруг себя не большая деревенька. Золотые поля пшеницы и подсолнуха, молчаливый изумрудный бор, и березовая роща с ее разноголосым пением окружали причудливую деревеньку. Люди здесь жили добрые, душевные и про каждого можно написать отдельную книгу.
В деревне жила моя бабка, женщина простая, но очень мудрая. Жизнь ее была не из легких, война, долгий вдовий век с тремя маленькими девочками на руках, и тяжелая нескончаемая работа с утра до ночи, как у всех русских, деревенских женщин. Ее старость скрашивали внуки, приезжавшие летом из города. Тогда и собирались мной все истории, о которых хочется рассказать.
Однажды рано утром, когда еще роса на траве лежит стеклянными бусинами и влажный, свежий воздух насыщен запахами сада, во двор постучал Николенька. Бабка моя всегда вставала засветло пекла хлеб, пироги, кучу дел по хозяйству с утра проворачивала, поэтому столь ранний гость был бабке не в диковинку. Вообще деревня всегда просыпалась очень рано, что нас городских сонь поражало, начиная, с четырех часов утра мы подскакивали каждый час от гортанного петушиного крика и снова засыпали, впадая в теплый, сладкий сон. Бабушка же всегда возмущалась:
— Вот спят, вот спят, голодные ведь и спят, встали бы поели и спали сытыми, а то голодные спят. Пережив голодные годы войны, она всегда боялась, что мы хотим есть.
(далее…)

Якименко Наталья, «Бродяга», номинация «Животные в городе»

Пятница, Декабрь 18th, 2015

Чёрные ботинки, коричневые, синие туфли, чёрные, чёрные, чёрные.
Интересно, почему у всех обувь одинакового цвета, ведь на свете много других красивых цветов?
А из этой сумки вкусно пахнет, интересно чем? Ну вот, опять топнули ногой, а ведь я только хотел понять, чем пахнет. До чего я опустился, ведь раньше я ничего не ел кроме мяса, а сейчас я даже не помню, как оно пахнет.
Интересно, кто ни будь помнит обо мне? А главное он, он помнит? Он делает всё, что говорят ему эти двое, он их называет родителями. Я не обижаюсь на него, он мне рассказывал, что должен их слушаться, потому, что сидит у них на шее. Я правда не всё понял, но наверное у них так принято.
Это они заставили его сделать это, он не хотел, у него даже из глаз капала вода, она всегда у него капает, когда ему больно. Он кричал, что вернётся за мной.
Какой я дурак, я верил, ждал! Бегал по улицам и заглядывал всем в глаза, ища среди них его. Не мог спать ночами, думал, а вдруг он приедет, а я не услышу. Мне говорили, что это напрасно, но я не верил. Мне предлагали поесть, но я не мог представить, как можно есть из этих ящиков с таким ужасным запахом? Да, теперь я не могу себе представить, что бы я делал без этих ящиков.
Однажды, я шёл по улице, и заглянул в окно. Там стояло какое то грязное, оборванное существо. Я стоял, и не мог оторвать от него взгляд, не мог понять, как можно было докатиться до такого. И тут до меня медленно стало доходить, что это зеркало в витрине магазина. Я когда то видел такие штуки дома. Всё это время, я смотрел на себя!
Больше я никогда туда не ходил. И после этого я не могу смотреть в глаза этим двуногим существам, я вижу в них отвращение, или испуг. Да и на ноги смотреть полезней, ведь бьют ими, а не глазами.
Вот опять; чёрные туфли, чёрные, коричневые, красные. Пойду за красными, а вдруг повезёт…

В жалости они не нуждаются. Либо любите и заботьтесь о них, либо…

Лодыгина Анастасия, «Притча о глупом мудреце и мудрой крестьянке», номинация «Мировые проблемы экологии и зоозащиты»

Пятница, Декабрь 18th, 2015

«Давно это было или недавно, никто теперь уже и не разберет. Да только все, что произошло, стало спасение целого народа.»
Велика была страна Агор, много было на ее территории полноводных рек и густых лесов. На заливных лугах паслись довольные коровы, а далеко в горах рудокопы добывали драгоценные камни и породы.
Правил этми землями великий царь Нирип, правил долго и степенно. Но с возрастом росло его богатство, присоединялись к Агору другие города, и, царем завладела идея могущества над всем живым естеством, что есть в его стране.
Однажды царь отправился в путешествие по границам своих земель и для ночлега остановился на границе с долиной Таюн, которая еще не вошла в состав его земель. Нирип решил разведать под личиной простого странника, в чем сила людей, населяющих этот гордый, зеленый край. Вскоре после выхода из леса Нирип встетил стадо овец, а под раскидистым вековым дубом сидела девушка, неописуемой красоты. Царь понял тогда, что не сможет спокойно жить, пока не добъется внимания и благосклонности этой крестьянки, и сделает все, чтобы долина Таюн была присоединена к его царству. Он подошел к девушке и заговорил с ней:
« Здравствуй, дочь долины. Не скажешь ли ты мне, чем сильны ваши жители? И почему не хотят они присоединяться к соседнему государству?»
Девушка подняла на него большие, синие, как весеннее небо глаза,  и ответила прямо и гордо:
«Потому что мы сильны своим единением с силами природы, мы не ищем выгоды, а просто живем и дарим жизнь окружаещему миру. Все в нашей долине создано с чистыми помыслами, и дает нам невероятную силу»
Вот так, ни с чем вернулся царь на свою стоянку, просидел ночь у костра и твердо решил показать всю силу человека над природным духом.
Призвал тогда Нирип мудреца по имени Дагор, который славился своей резкостью и расчетливостью, и дал ему задание: придумать, как покорить неприступну долину Таюн.
Дагор неделю и еще два дня потратил на создание своего плана и вскоре предстал перед царем с заветным свитком в руках:
« Вот план, великий государь, который ты поручил мне составить, чтобы проучить вольнодумцев, не признающих величие человека над всем»
Нирип раскрыл свиток и принялся читать. С первых же строк он проникся идеями Дагора  о своем превосходстве, о силе огня и металла.
(далее…)

Горбачёва Светлана, «Два мишки», номинация «Рассказы о животных»

Пятница, Декабрь 18th, 2015

Дружили, дружили, дружили два мишки.
Играли, купались, читали все книжки.
Но вот прискакал к их берлогам зайчонок.
А этот зайчонок был вредный с пелёнок.
Но мишки, конечно, об этом не знали
И вместе с зайчонком дружно играли.
А зайчик всё время завидовал мишкам,
Их дружбе, их ладу, их сказочным книжкам.
Решил он поссорить хороших друзей
И стал говорить, кто из мишек сильней.
Соперничать стали родные друзья.
И вот уже их и узнать-то нельзя.
Ругаются, спорят хорошие мишки
И вовсе забыли любимые книжки.
Но вот приключилась в краю том беда.
От сильного ливня проснулась река.
Бурлящий поток заливал всё вокруг,
И мостик к берлоге обрушился вдруг.
На помощь стал звать один косолапый,
Но зайчик сбежал, унося свои лапы.
Второй медвежонок услышал те крики,
Забыл все обиды , и ссоры, и пики.
Помог перебраться на сушу он мишке.
И вновь они дружно читают все книжки.
А зайчика больше они не видали,
Но мишки за ним совсем не скучали.

Дериземля Евгения, рассказы, разные номинации

Пятница, Декабрь 18th, 2015

Номинация «Рассказы о животных»

МИШКИНА ИСТОРИЯ

Расскажи-расскажи нам еще истории про свое детство, — просили маленькие медвежата у большого, старого, бурого медведя.
Уже не в первый и даже не во второй раз медведь Миша развлекал своих косолапых малышей воспоминаниями из своей жизни. А они, лохматые, сидели, развесив уши, и слушали удивительный рассказ своего отца. А вспомнить ему, старому медведю, было что. Долго он уже жил на свете, много повидал  на своем веку, много горя помыкал.
Давно это было, сколько лет назад Миша уже и не помнил. Помнил только, что трава тогда была выше и зеленее, ягоды — слаще, а реки — полноводнее. А, может, это только так казалось, ведь тогда он был еще совсем маленьким, неуклюжим, непоседливым детенышем, постоянно шалил и маму-медведицу не слушал, все делал по-своему.
— Не суй морду в улей, — поучала медведица своего сына, — а то пчела за нос ужалит, больно будет.
Ну как же не засунуть, там ведь сладкий мед и достать это лакомство поскорее хочется. Вот и сунулся носом к пчелам. Вытянул большой розовый язык и давай мед слизывать.
— Ох, до чего же сладкий!
Как вдруг жгучая боль. Взревел мишка, отпрыгнул от улья. Язык огнем горит, распух весь, в рот не влазит. Так и проходил несколько дней с вываленным изо рта языком, все лапами на него наступал. А еще мамка сильно ругалась на Мишу, когда тот высоко на дерево залазил. Умение лазить по деревьям, оно, конечно, нужное, да делать это следует с толком: на самую верхушку не забираться, да ветки необходимо уметь выбирать потолще да покрепче, чтоб не обламывались под тяжестью. Да вот только медвежонок науку эту неохотно усваивал: лез куда глаза глядят, не разбирая прочная ли под ним опора. Этак он очень много шишек себе набил, постоянно на землю с высоты срывался. А однажды, сидел под елкой, просто сидел, отдыхал, никого не трогал, аж тут еловая шишка на него свалилась да больно по голове стукнула. Поднял Миша морду кверху, а там — белка. Ох, негодная, шишками в него кидается. Ну и полез за ней косолапый, нужно же ее, рыжую, проучить, чтоб неповадно было. Лез за плутовкой долго, аж на самую верхушку забрался. Ну, теперь ей точно от него не уйти. Белочка вильнула своим красивым хвостом, подпрыгнула и на соседней елке мигом оказалась.
-Эх, упустил! — подумал медвежонок.
(далее…)

Буслюк Оксана, «Мата Хари», номинация «Рассказы о животных»

Пятница, Декабрь 18th, 2015

В нашей жизни нежданно-негаданно появился маленький ушастый котёнок с чёткой обводкой выразительных глаз. Самый обыкновенный, без роду-племени, с типичным полосатым окрасом, но ….девочка!  Котёнка притащили двое моих детей, решив, что  места на деревенском дворе много, а бабушкиной любви к ним, внукам, достаточно, чтоб в первые минуты не выставить всех троих за дверь. Однако, опасения  присутствовали, а котёнка очень хотелось оставить себе. И бедному животному, как двойному агенту, было дано имя БАРСИК!  Вражеский шпион продержался  неделю, пока его не рассекретили. Он мужественно  перенёс тот момент, когда властная рука бабушки держала его за шкирку, а другая рука до неприличия больно оттянула в сторону хвост, и прозвучал вердикт:

— Сцыкуха! ( в смысле, девочка)

Барсика оставили на испытательный срок, и бедное животное изо всех сил старалось понравиться. Котёнок постигал открывшийся перед ним  мир деревенского двора. Он удивлялся зелёной траве, которая скрывала его с головой, холодной росе по утру, маленьким юрким мышам и огромным серым жабам. Барсик резвился и скакал, носился за мячом, рискуя попасть под ноги детворе, а то и улететь вместо мяча в самодельные ворота. Постепенно Барсик освоился с причудами людей, с первого взгляда доверяя шумным детям и в ужасе шарахаясь от шаркающих тапочек бабушки.
Жизнь в деревне для котёнка налаживалась. Вот  только имя!… Эта Мата Хари откликалась только на Барсик, а все остальные «девчачьи» клички принципиально игнорировала. Создавалось впечатление, что это не по годам умное  животное лишний раз перестраховывалось. Чем реже будут вспоминать, что она – девочка, тем больше шансов остаться. А остаться очень хотелось.
Потом в жизни Барсика появились  ОНИ – звери в жёлтом оперении. Их принесли в летнюю кухню, положили в коробку, обложили бутылками с тёплой водой и оставили тет-на-тет с котёнком, предварительно предупредив, чтоб не напугал малышей. Ещё вопрос кто больше испугался. Но любопытство пересилило, и Барсик с детской непосредственностью стал налаживать контакт.
Необходимо небольшое отступление. Судьба цыплячьей команды трагична. На 10-ый день их жизни курицу-квочку растерзал «залётный фрайер» лис, заскочивший  во двор «на огонёк».  Из 14 штук пушистиков домой вернулась ровно половина. Так Барсик ощутил первую в жизни потерю! А ведь они были его друзья!
Прошёл год. Барсик  из забавного котёнка  превратился в ласковую и до удивления деликатную кошечку. Мыши давно обходили сей двор десятой стороной и рассказывали своим детям жуткие  истории о хитрой и ужасной кошке.
Приехав в деревню, дети встретили меня ошеломляющей новостью.

— Барсик родил! Но не знаем где, когда и кого!

Неделю мы следили за нашей новоявленной мамочкой. Но она ещё с детства хорошо усвоила уроки  разведшколы: целыми днями нежилась на солнышке, а ночью ловила мышей и улов складывала у дверей сарая. О котятах, казалось, вообще не шло речи. И мы по-тихоньку стали успокаиваться. Мало ли что могло показаться детям! Может, и не было никакого животика у кошечки!
Но случилось неожиданное. Одним днём Барсик влетела в кухню и бросилась ко мне в ноги. Трудно было поверить, но в её глазах было всё: ужас, волнение и просьба о помощи. Я рванула за ней. В сарае, на мешке с пшеном, лежал довольно-таки уже большой котёнок с открытыми глазками. Так, один есть! Барсик нетерпеливо мяукнула. По лестнице мы взлетели на чердак и поползли. Кошка впереди, я – за ней. Не скажу, что в этот момент я выглядела грациозно. Застревала везде, где можно застрять. На голову сыпался мусор и сухая солома. Кошка всхлипнула, и я наконец поняла, что случилось.
Под брезентом, под кучей опрокинувшихся коробок,  что-то жалобно пищало, и Барсик была не в силах достать своё чадо. Надо сказать, сидя в три погибели, и я не сразу достала этот пищащий комок на свет Божий. Второй!

— Есть ещё? – устало и по-деловому спросила я, и в благодарность Барсик потёрлась спиной о мой грязный халат.

Итак, наша Мата Хари  всё-таки родила! У неё было двое очаровательных и довольно-таки упитанных котёнка, что свидетельствовало о том, что Барсик никогда и не забывала о своих материнских обязанностях. И оба малыша были копией друг друга. ВИТАС  и  МАРУСЯ!  Правда, брат и сестра только внешне были одинаковы, а по характеру – полная противоположность. Витас, как настоящий мужчина, целыми днями ел и спал. В то время как любопытная Маруська приём пищи заменяла попытками встать на трясущиеся лапки, перевалить через мамкин хвост и двинуться в путь в поисках неизведанного. Обычно это неизведанное оканчивалось в собачьей миске с кашей или в курятнике среди яиц.
Всё семейство жило в летней кухне, и котят теперь выуживали из самых неожиданных мест. Подстрекателем и инициатором всех проделок была, конечно, Маруська. А вот доставалось по большому счёту Витасу. Печку исследовать – вдвоём, а вымазаться в саже и повиснуть на дверце – Витас! Залезть на забор – только вдвоём, а свалиться в заросли крапивы суждено было только Витасу. И после всех потрясений, оба, обнявшись, засыпали на любимом венике.
Барсик только тихонько посмеивалась, наблюдая за вознёй малышей.
Однажды во дворе каким-то образом появился маленький мышонок. Витаса сразу же хватил удар! Он сложил уши и в ужасе распластался брюхом в траве. Маруське хватило духу не только не дать дёру, но и даже потрогать чудо невиданное лапкой. При этом вид у неё был настолько растерянный, что Барсик сжалилась и стала учить котёнка охоте. Она легко подпрыгнула, слегка придушила мышонка и начала с ним играть: отпустит, догонит, и опять по новой. Маруська недолго думая, заменила чудо невиданное маминым хвостом. Так они и скакали вдвоём по двору: кошка за мышкой, Маруська за кошкой. И только Витас , придя в себя,  невозмутимо и презрительно наблюдал за разыгравшимся представлением из своего укрытия. Настоящие мужчины никогда не опустятся до такого непристойного занятия. Истинные коты должны только пить парное молоко, нежиться на солнышке и подставлять голову, чтобы потрепали за ушком!
Дни летели, и котята исследование двора заменили на подвижные ролевые игры. Они носились по длинной тропе, делая невероятные сальто в воздухе, в безудержной и весёлой чехарде долетая до колодца и несясь обратно. Часто они начинали заигрывать  друг с другом, и везде безобидная возня заканчивалась дракой с неизменной победой Маруськи.
Но вот и лето подошло к концу, и мы с сожалением расставались с нашей кошачей семьёй. Барсик благодарно тёрлась о ноги, а двое малышей, как японские статуэтки, сидели на заборе, чтобы издалека видеть уезжающих.

Домой! Мы едем домой! А дома… Дома нас ждала команда миниатюрных японских мышей. Но это другая история.

busluk

Селянкин Владимир, «Щенок», номинация «Милосердие»

Пятница, Декабрь 18th, 2015

Деревня. Декабрь. Снег по колено,
Косая изба и разбитый порог
Растоплена печка, у печки полено,
А рядом с поленом играет щенок.

Из комнаты слышится кашель мужчины,
Хозяин участка — сутулый старик
Работает: лепит фигурки из глины,
А дальше их ставит на полку для книг.

Подсохшим рисует по два-три узора,
Затем сувениры в котомку кладёт,
На рынок в палатку предметов декора
В воскресную ярмарку их отвезёт.

И так промышляет он лет уже двадцать,
Ведь пенсия нынче — лишь повод для слёз.
Старик даже может порой улыбаться,
Хоть время его потрепало всерьёз.

Жену потерял ещё в семьдесят третьем,
Друзей своих тоже давно пережил,
Забыли про деда и внуки, и дети,
И только щенок ему верно служил.

А встретил старик малыша у опушки,
Ещё приблизительно с месяц назад.
Щенок брёл в траве, опустив свои ушки
И лапками двигал совсем невпопад.

Теперь они вместе и горя не знают —
За домом следят и хозяйство ведут.
Старик их содержит, щенок охраняет —
Такой вот простой, но душевный уют.

Настойчивым свистом оранжевый чайник
Сказал, что пора бы и честь уже знать.
Старик обернулся и, взяв подстаканник,
На кухню пошел себе чай наливать.

Наполнил стакан ароматной заваркой,
Взял горсть леденцов и батон отломил.
Уселся на кресло, прожжённое сваркой,
И жестом собаку к себе поманил.

Щенок подбежал весь измазанный в глине,
Свернулся комочком у дедовых ног,
Скупая слеза потекла по щетине —
Дед понял, что в мире он не одинок!